Рынок складов Узбекистана в 2026 году
Страна на седьмом месте в мире по потенциалу развития складов класса A — и с одним автоматизированным складом на всю республику. Разбор по числам из первичных источников.
Обновлено 2026-08-27
Этот текст собран из данных, у которых есть названный источник: исследования IBC Global, представленные на отраслевом саммите CAWS-2026 и опубликованные в апреле 2026 года, интервью руководителей объектов и открытые данные компаний. Оценок «по ощущениям» здесь нет.
Сколько склада приходится на человека
| Рынок | м² качественного склада на человека |
|---|---|
| США | 4,4 |
| Центральная Россия | около 1,0 |
| Россия в целом | 0,4 |
| Казахстан | 0,1 |
| Центральная Азия, включая Узбекистан | 0,09 |
Разрыв с США — почти пятидесятикратный. Это не про отсталость, а про размер незанятой ниши: такой разрыв закрывается стройкой, а стройка тянет за собой оснащение.
Состояние стока на апрель 2026
| Сток класса A+B | 795 000 м² |
|---|---|
| Строится и проектируется | 370 000 м² |
| Доля класса A | 43,6 % стока |
| Вакантность | 1,5 % |
| Ставка класса A | около 12 долларов за м² в месяц |
| Оценка дефицита | около 400 000 м² |
| Проникновение e-commerce | 3–4 % |
| Драйверы спроса | e-commerce и маркетплейсы 35 %, 3PL 28 %, розничная дистрибуция 18 % |
Что строится прямо сейчас
- ISL Hub, Янгихаётский район Ташкента: 121 000 м² на 19 гектарах, 200 доковых ворот, отдельный блок 17 000 м² под холод. Заявлено первое в Центральной Азии внедрение 3D-шаттлов — в холодном блоке, под уже подписанного клиента.
- DP World и Tashkent Invest, СЭЗ Янги Обод: совместное предприятие на 82 гектарах, сухой порт и терминал, 223 000 м² складов, первая очередь — два блока по 30 000 м².
- Wildberries: склад 56 000 м² в Узбекистане уже работает; в Казахстане строятся объекты в Астане и Алматы совокупно около 269 000 м².
- Korzinka: распределительный центр около 50 000 м², крупнейший продовольственный в Центральной Азии.
Почему при всём этом автоматизации почти нет
В стране ровно один по-настоящему автоматизированный склад: система AS/RS у Dori-Darmon, запущенная в 2013–2014 годах под управлением WMS. Всё, что построено позже, — это стеллажи и люди. Крупнейший продовольственный распределительный центр Центральной Азии на 40 000 паллет и более 500 сотрудников комплектуется вручную тележками и паллетами; в подробном релизе о нём названы даже тип хладагента и сертификат энергоэффективности, но нет ни конвейеров, ни сортеров, ни шаттлов, ни мобильных роботов.
Причин две, и обе структурные. Первая: общенациональный просмотр вакансий не находит по стране ни одной открытой позиции инженера WCS, конвейерных систем или промышленной автоматизации. Единственное исключение — компания, обучившая десять собственных администраторов WMS. Заказчик не может ни внедрить систему сам, ни нанять того, кто внедрит. Вторая: линия, на которой капитал становится дешевле труда, здесь ещё не пройдена — в России она была пройдена примерно три года назад, в Узбекистане пока нет.
Что это значит для владельца склада
- Бюджет оснащения больше строительного. Арендатор вкладывает в оснащение минимум 60 %, чаще 120–150 % от стоимости строительства здания. Планировать это нужно до сдачи коробки: высота, нагрузка на пол, электрика и ширина проездов потом не меняются.
- Референса в стране нет. Решение в этой отрасли обычно принимается после визита на работающий объект. В Узбекистане ехать некуда — значит, либо зарубежный визит, либо собственный дешёвый пилот.
- Окупаемость считается на 7–10 лет. Покупатели анкерят срок на 7–8 годах, потолок в 10 лет задаёт стандартный договор аренды. Предложение с окупаемостью за полтора года — повод проверить модель поставщика.
- Автоматизировать нужно узкое место, а не самое ручное. Разница между этими двумя вещами обычно и определяет, окупится проект или нет.
Кто уже работает на этом рынке
Утверждение о том, что конкурентов в стране нет, проверки не выдерживает. У российского интегратора COMITAS есть узбекское юридическое лицо в Ташкенте и сданный в стране проект: высотный склад 28 метров, 30 000 м², 90 000 паллетомест. У ИТ-компании Axelot три внедрения WMS в Узбекистане, а с августа 2026 — собственная мультивендорная система управления роботами на стандарте VDA 5050. Производитель стеллажей FIRST открыто прорабатывает локальное производство и сервисную команду в стране.
Правильная формулировка звучит иначе: рынок не пуст, но локального интегратора с собственным софтом и собственным сервисом на месте в нём пока нет. Именно это место мы и занимаем.
Частые вопросы
Сколько складов класса A в Узбекистане?
На апрель 2026 общий сток класса A+B составляет 795 000 м², доля класса A — 43,6 %. Ещё 370 000 м² строится или проектируется, вакантность 1,5 %, оценка дефицита около 400 000 м².
Сколько стоит аренда склада в Ташкенте?
Около 12 долларов за м² в месяц для класса A по данным на апрель 2026 — выше, чем на индустриальном рынке штата Нью-Йорк, что объясняется вакантностью в 1,5 %.
Есть ли в Узбекистане автоматизированные склады?
Один: система AS/RS у Dori-Darmon, запущенная в 2013–2014 годах. Всё, что построено позже, работает на стеллажах и ручном труде.
Почему в Узбекистане мало автоматизации складов?
Две структурные причины: по стране нет ни одной открытой вакансии инженера WCS или промышленной автоматизации, то есть внедрять некому; и линия, на которой капитал дешевле труда, здесь пока не пройдена.
Нужен расчёт под вашу задачу? Опишите объект — вернёмся с подбором моделей, ориентировочной ценой и сроком поставки в течение рабочего дня.